Смотреть с начала.

Вообщем не верится что-то, что бы после того как на 750 пунктов опустили ещё через неделю что-то предпримут. А что тогда дальше, понижать больше некуда и рычагов управления для ФРС больше не останется. Вообщем ждём, ровно через час всё узнаем.

Чем это грозит? В первую очередь это гроизт поручителям, в рядах которых: ООО “ОЛДФИН”, ЗАО “Компания СтройТехСервис”, ЗАО “Перспектива”, расплатиться за МИАН с кредиторами, в противном случае они все должны объявить о банкротстве: МИАН до следующей оферты, остальные по мере судебных разбирательств. Затем происходит смена прав собственника, и все их активы переходят основным кредиторам – держателям облигаций, пропорционально имеющемуся долгу. Новым владельцам не будут интересны не ликвидные активы и они попросту попробуют обналичить, перевести в кэш, что поведёт за собой распродажу и может отразится на рынке недвижимости не лучшим образом.

Это всего лишь один из сценариев, а пока тихо наблюдаем картину. Так как это историческое событие после 98 года, Винамп 2005 в расчёт не берём, там был какой то непонятный ляп на копейку, всего 8 млн. руб.

Первый зампред Центробанка Алексей Улюкаев вчера заявил, что переход от контроля над валютным курсом к контролю над инфляцией может быть осуществлен уже в начале 2008 года.

Первое что нам грозит, что рубль не будет иметь какой либо привязки, а будет плавать – куда он уплывёт в 2008, неизвестно даже Улюкаеву, рублей 20 за евро? В этом, очевидно хорошего мало, но в целом шаг для развития полноценной рыночной экономики очень даже положительный.

Станислав Пономаренко называет еще несколько факторов, которые делают переход к инфляционному таргетированию очень рискованным. Первый – слаборазвитые банковская и финансовая системы РФ, которые пока не могут полноценно “транслировать” действие процентной ставки на экономический рост и инфляцию. Второй заключается в том, что бороться с инфляцией можно только путем увеличения процентных ставок, что может негативно отразиться на росте и состоянии финансового сектора. И наконец, третий – все еще значительный профицит торгового баланса может привести к заметному укреплению курса рубля, возможностей контролировать который у ЦБ в этой схеме нет.

Интересно, пройдёт всё плавно или скачками как обычно?

Искусственное завышение цен может быть отнесено к тяжким преступлениям и повлечет за собой уголовную ответственность вплоть до шести лет лишения свободы. Подобный законопроект подготовило МВД России.

Менять банковскую систему, создавать специальные независимые институты, это же сколько времени… А так: со с такого-то числа, декбря месяца, указ, прайсик на продукты, а дальше все уже знают.

Van Eck Global запустил серию новых фондов среди которых есть ETF на Россию. Пока особой популярностью фонд у инвесторов не пользуется, дневной оборот которых в около $10 млн., или в среднем 200 – 300 тыс. бумаг, что совсем не очень много (для сравнения в пятницу на QQQQ было совершено сделок на 350 млн. бумаг). Тем не менее из истории, с момента основания RSX, 7 мая 2007 г., видно что обороты по этой бумаге растут и инвесторы не остаются к ней равнодушны.

Продолжение:

В структуру, RSX входят:

Продолжение:

Для того чтобы понять как «работает» голландская болезнь, возьмем простой пример. Представим, что экономика некой страны изначально разделена на два сектора: первый (А) представляет собой отрасли, производящие товары и услуги, торгуемые на международных рынках, то есть такие отрасли, которые конкурируют с международными производителями либо внутри страны (с иностранным импортом), либо за ее пределами (через экспортные поставки). Это может быть все что угодно: молочные изделия, обувь, легковые автомобили и т.д. На другом полюсе (Б) – товары и услуги, которые не конкурируют с международными производителями: парикмахерские услуги, услуги госчиновников, розничная торговля и т.д.

Представим теперь в рамках нашей модели, что совершенно неожиданно в этой стране произошло открытие крупнейшего месторождения с огромными запасами природного газа, добыча которого формирует третий полюс притяжения – сектор В, при этом газ, который не может быть потреблен внутри страны, в массовом порядке экспортируется за рубеж. Экономика страны получает приток денежных средств, отражаемых в текущем платежном балансе и не привязанных к обычным схемам вознаграждения труда и капитала, а являющихся единственно следствием обладания ограниченными природными ресурсами (в нашем случае – запасами газа). Это дополнительное вознаграждение и есть природная рента в классическом определении Риккардо.

В том случае, если национальная валюта имеет плавающий курс, приток денежных средств, аккумулируемый в секторе В, вызовет повышение паритетного курса национальной валюты по отношению к валютам торговых партнеров этой страны. Допустим, что курс вырос с 1 до 2 долларов США. Это означает, что импортные товары станут на 50 процентов дешевле. Местные производители, не имеющие возможности снизить производственные издержки и цены на свою продукцию на 50 процентов, разорятся. Рабочие, уволенные с разорившихся предприятий, начнут искать работу в секторе Б, цены на продукцию которого (относительные цены на услуги, скажем, парикмахерских по отношению к продукции обувных предприятий) будут более высокими на фоне падения цен в секторе A. То же самое произойдет с инвестициями: они все более станут ориентироваться на сектор Б – это могут быть вложения в недвижимость или строительство торговых центров.

Затем, на третьем этапе, несмотря на повышение спроса в секторе Б (работники парикмахерских, например, смогут приобрести две пары обуви по цене одной), большинство производителей в секторе A попросту исчезнут, не выдержав конкуренции с дешевым импортом на внутреннем рынке. На каком-то этапе совокупный объем импорта сравнится с притоком средств в сектор В и платежный баланс придет в равновесие, то есть не будет оказывать давление на национальную валюту в сторону ее повышения или понижения. Экономика страны окажется зажатой между двух полюсов: сектором Б (не торгуемые на внешних рынках товары и услуги) и сектором В (экспорт газа).

Если национальная валюта имеет фиксированный курс или ее курс в значительной степени регулируется Центральным Банком (то есть Центробанк покупает или продает СКВ для поддержания определенного обменного курса), то ценовые диспропорции между секторами А и Б окажутся, в конечном счете, одинаковыми. Однако, в отличие от предшествующего сценария, вызваны они будут не дифференцированной дефляцией, а дифференцированной инфляцией национальной валюты. Для того, чтобы держать обменный курс на фиксированном уровне, Центробанк начнет скупать доллары и запустит печатный станок для оплаты валютных интервенций. Это приведет к 100-процентному повышению денежных агрегатов. При этом указанное повышение практически не скажется на ценах в секторе А, так как представленным там производителям придется конкурировать с импортной продукцией, цены на которую останутся на прежнем уровне вследствие установленного паритета курсов валют. В то же время производители в секторе Б смогут в два раза поднять цены на свою продукцию и услуги, поскольку им не надо опасаться внешней конкуренции. В результате, производители из сектора А будут вынуждены платить гораздо более высокую цену за товары и услуги, относящиеся к сектору Б. Это в первую очередь касается заработной платы, а также перетекания кадровых ресурсов в сектор Б, предлагающий более высокие заработки и доходы. В конечном счете, производители сектора А будут, как и при плавающем курсе национальной валюты, страдать от ценовых ножниц и разоряться.

Именно в такой ситуации оказалась сегодня Россия. После впечатляющего экономического подъема в посткризисный период, когда проявления «голландской болезни» компенсировались низкими ценами на товарно-сырьевую продукцию и огромным оттоком капитала, отрасли сектора А с большой численностью работающих (легкая промышленность и сельское хозяйство) в настоящее время страдают от «голландской болезни» и ценовых ножниц, демонстрируя отрицательные темпы роста (в 2004 году при общем росте ВВП 6,9 процента (!) показатели легкой промышленности составили -7,5 процента).

Сложившееся положение хорошо иллюстрируется на примере дифференцированного развития различных компонентов индекса потребительских цен (ИПЦ). Если взять за точку отсчета уровень цен в январе 1997 года (100), то мы увидим, что цены в период до августовского кризиса 1998 года на внутренние услуги (сектор Б) росли более высокими темпами, чем цены на товары сектора А – продовольственные и прочие потребительские товары, торгуемые на внешних рынках. После обрушения рубля цены в секторе А выросли как в абсолютных, так и в относительных величинах. Российские производители продовольственных товаров в посткризисный период стали вполне конкурентоспособными на международном уровне и восстановили ведущие позиции на внутреннем рынке. После этого они стали утрачивать свои конкурентные преимущества, так как цены в секторе Б росли опережающими темпами.

Мы видим очень сильную зависимость между ростом реальных денежных агрегатов и показателем отношения неторгуемых товаров к торгуемым. Поскольку большая часть повышения денежных агрегатов в настоящее время связана с обращением профицита торгового баланса в денежные накопления Центробанка, что само по себе говорит об устойчивости рентных доходов экспортеров, мы имеем дело с классической формой «голландской болезни».

Мы считаем, что эта «голландская болезнь», интенсивность которой пока не демонстрирует тенденции к снижению, может в ближайшем будущем еще более усилиться. Поскольку сейчас доля неиспользуемого производственного потенциала значительно сократилась, и в настоящее время некоторые отрасли российской экономики испытывают недостаток рабочей силы, мы не можем считать, что следует ожидать в ближайшем будущем повторения благоприятной ситуации недавнего прошлого. Любое дополнительное увеличение денежных агрегатов должно привести к перепроизводству товаров и услуг, не могущих конкурировать с эквивалентами мирового рынка (Б), постепенно сводя на нет конкурентоспособность отраслей экономики, создающих торгуемые товары, за счет повышения стоимости локальных факторов производства, в особенности стоимости труда.

Если правительством России, заявляющим о своем желании диверсифицировать экономику, в ближайшее время не будет принята скоординированная стратегия, данная ситуация может обернуться разрушением многих производственных отраслей экономики и увеличением зависимости от экспорта товаров и полуфабрикатов. В долгосрочной перспективе это не может обеспечить стабильный рост, что приведет к созданию другой системы развития, которая вряд ли будет способствовать достижению официально поставленной цели об удвоении российского ВВП в течение десяти лет.

Журнал Стратегия России

Появились сообщения о планах Китая перевести примерно $1,43 трлн. своего валютного резерва из доллара в более крепкую валюту. По мнению китайских чиновников, “доллар теряет статус общемировой валюты”.

Это первая ласточка, а пока американцы, сенат и Дж. Буш давно уже пытаются убедить Китай избавиться от привязки к юаня к доллару США

Но этого ещё не произошло, а есть только сдвиг в ЗВР. Поэтому покупать что-то на политическом факте, как советует Апач, в ожидании что этот факт неприменно произойдёт, но пока юань к доллару вырос всего на 5% с начала года, а к евро и того упал на 7%.

Это зависит всё от воли кучки чиновников, у которых свои интересы и могут не совпадать с интересами Апача . Но кто знает, ведь риск благородное дело.

P.S.: Юань только с 2005 конвертируется, поэтому спросом особым не пользовался и что бы его купить придётся хорошо поискать где.

В продолжении темы
А тут ещё есть что посмотреть